51f3af1a

Фомин Егор - Стрела



Егор Фомин
Стрела
Говорят, будто есть человек, что идет из мира в мир, из времени во
время. А еще говорят, что появляется он всегда там, где более всего нужен.
Сегодня таверна была полна как никогда раньше. И немудрено, за стенами
ее бушевала гроза, да такая, каких уже давно не видели в городе Эльнере.
Находясь на окраине города, таверна приютила и ремесленников, и мелких
купцов, и заезжих крестьян, и простой уличный сброд.
Раньше в гуле голосов случайных собутыльников трудно было уловить
что-то определенное, но вот уже несколько лет разговоры велись на одну
тему - Барон Грегор.
Барон опять поднял налоги, Барон устраивает облавы, Барон сидит на шее
и погоняет, Барон, Барон, Барон...
В городе несмотря на события последних лет было много приезжих и никто
из посетителей не удивился, когда подсевший к одной из компаний человек
долго и внимательно слушал разговоры и спросил, наконец:
- Ежели ваш барон разошелся не в меру, отчего не остановите его?
Сидевшие за столом дотошно оглядели новичка. Его рост и соответствующая
очевидная сила внушали уважение, а открытое чистое лицо, обрамленное
густыми волосами до плеч, схваченными серебряным обручем у лба,
располагало к себе всякого.
Такому трудно было не поверить. Всю его фигуру окутывал свободный плащ,
пропыленный не в одной дороге, казавшийся древнее своего владельца. Судя
по всему, когда-то он имел темно-зеленый цвет.
- Как же, мы пытались, - пробасил дюжий крестьянин, раньше всех
насладившийся видом пришедшего, - да разве тут сладишь? Поднялись наши
выселки, а у Барона все солдаты как на подбор, железные. Бьют строем, что
нож масло режет.
На глаза его накатило горе.
- Всех наших, и жен, и детей... и стариков,.. - продолжение фразы
вместе с тягучей тоской большим красным носом крестьянина потонуло в
обширной кружке хмельного варева.
Спустя мгновение оцепенение спало и с других соседей по столу:
- Как же, и мы с нашим кварталом...
- Мы с цехом...
- Так ведь у него солдат, что звезд на небе...
- Они же не щадят никого...
Минутное оживление вновь навеяло тоску и горестные воспоминания на
говоривших. Головы поникли.
- Что же, тогда слушайте, - сказал незнакомец и откинулся на спинку
стула, - как на свете бывает.
Далеко это было. Не за год и не за сто лет туда не добраться. А только
в одной стране, цветущей, свободной, где всякому места хватало, объявился
новый правитель. Очень крут он был на расправу. Запретил охоту в исконных
землях, начал пашни у крестьян отбирать, их самих в ярмо впрягать. И пошло
и поехало. И все бы ему ладно, да появился один человек, не согласный с
ним. Прозвали того человека Робин Гуд...
Когда незнакомец закончил свой длинный рассказ, несколько мгновений над
всей таверной висела тишина. Однако вскоре начавшийся гул одобрения
прервался чистым ясным голосом:
- А не брешешь?
- Что же неправдой кажется? - спокойным глубоким своим голосом ответил,
обернувшись, незнакомец.
- Да вот хотя бы. Ты говорил, что он в муху попадал за сотню шагов!
Незнакомец встал:
- Я слышу, дождь уже утих, пойдем.
За ним на улицу высыпала вся таверна.
Дождавшись, когда шум стихнет, он указал рукой на флюгер городской
ратуши, ясно видный в чистом свете полной луны:
- Достаточно ли будет, если я отсюда попаду в глаз этого жестяного
трубача на флюгере?
- У этого трубача действительно есть глаз, - удивился один пожилой
мастеровой, - Но как ты увидел это отсюда?
Тот не ответил, он уже натягивал тетиву длинного лука, неизвестно
откуда взявшийся в



Назад