51f3af1a

Филенко Евгений - Пассажирский Лайнер



Евгений Филенко
Пассажирский лайнер
Стюардесса Милочка вышла в проход между рядами кресел и привычно бодрым
голоском принялась декламировать, что можно делать во время полета и чего
нельзя; сколько времени уйдет на весь путь и какая температура в пункте
назначения; какое транспортное управление представляет экипаж лайнера и
кто командир упомянутого экипажа...
Первый пилот Васильев получил "добро" от диспетчера и запустил
двигатели. Бортрадист Савченко закончил свои препирательства с наземными
службами и откинулся на спинку кресла, прикрыв глаза. На взлете его всегда
укачивало, но он всеми способами скрывал этот постыдный для профессионала
факт от коллег. Второй пилот Кожин потянулся за сигаретами и обнаружил,
что на полтора часа остался без табака. Штурман Лапин вопросительно
взглянул на командира и включил автопилот. Тогда Васильев отпустил ручку
управления и расстегнул верхнюю пуговицу форменного костюма. Все это
делалось в полнейшем молчании: экипаж летал вместе не день, и не год, и
даже не два года, а история с укачиванием, сигаретами и автопилотом
повторялась из полета в полет.
Убаюканные ровным пением ускорителей и вспыхивающим светом за
иллюминаторами, изредка прорывавшим непроглядную темень, пассажиры
понемногу погружались в затяжную дремоту. Старушка, летевшая к сыну,
достала клубок и спицы. Элегантный дипломат в костюме не по сезону
развернул газету величиной почти с простыню и углубился в изучение
новостей.
Савченко уже чувствовал себя нормально и теперь носовым платком,
натянутым на указательный палец, старательно протирал панель передатчика
между индикаторами. Штурман Лапин поглядел на командира и достал откуда-то
из-под пульта книжку в потрепанной, некогда яркой обложке. Васильев
приподнял голову и через плечо Лапина прочитал несколько строк:
"...Крамер понял, что обратной дороги отсюда нет. В бластере оставался
последний заряд, и планетолог пообещал его первой бронированной бестии,
которая сунется в пещеру..."
Командиру было наплевать на Крамера, влипшего в неприятную историю на
страницах старого фантастического романа. Фантастику он давно уже не
любил.
Как и многие, Васильев в юности прошел через период безоговорочного
доверия к книгам о чужих звездах и архиразумных инопланетянах, только и
ждущих, как бы передать землянам свою вековую мудрость. В космосе нас ждет
Неизвестное, предупреждали книги в броских суперобложках. В космосе нет
ничего; даже отдаленно напоминающего Землю... Но прошло какое-то время, и
Васильев многое - увидел сам, многое узнал от коллег. В его взрослом мире
не было ни инопланетян, ни бластеров с последним зарядом, ни бронированных
тварей, питающихся планетологами. Все оказалось гораздо проще, и спустя
много лет с того момента, как был прочитан последний фантастический роман;
командир пассажирского лайнера Васильев изнывал от скуки...
Штурман Лапин поглядел на командира и отключил автопилот. Васильев
положил руки на пульт управления и запустил программу предпосадочных
процедур. Савченко запросил у диспетчера свободный коридор для входа в
атмосферу и украдкой вытер испарину со щеки. Кожин не без лихости взял в
оборот бортовой компьютер, приступив к корректировке курса.
Лайнер, послушно вздрагивая, приближался к финишу.
Милочка вышла к пассажирам пожелать им приятного отдыха и доброго
здоровья, а также предупредить о недопустимости хождения по салону во
время снижения.
Потом взвыли тормозные двигатели, вечная ночь сменилась розовым днем, и
полет за



Назад