51f3af1a

Федосова Наталья - Сны О Чем-То Большем



Наталья Федосова
Сны о чем-то большем
(статья о посещении Аджимушкайских каменоломен)
Сегодня мне приснилась привокзальная площадь в Керчи, вдрызг
разбомбленная. Чудом уцелевшее старое странное здание, какие только в снах и
встречаются: круглое, белое - обсерватория? мечеть? Горящий вокзал,
пеленающий окрестности дымным пологом. Низкий ветер, несущий гарь. Я стояла
посреди сна, зная: здесь - война. Мне не было ни больно, ни страшно,
хотелось просто лечь на землю, впитывая тишину, покой... Отчего мне
приснилась война? Зачем нам снится война?..
"ОГОНЕК" В ПОДЗЕМЕЛЬЕ. СОРОК ЛЕТ СПУСТЯ
В Керчи, на привокзальной площади, к нам с Ольгой, моим будущим
Вергилием в Аджимушкайских каменоломнях, подошел темноглазый парнишка:
"Привет! Я Ленку встречаю, у нее сейчас поезд приходит, Киевский". Парнишку
звать Стасом, он поисковик, на шее висит овальная железяка. "Немецкий
медальон", - объяснил Стас. Встретив Ленку, сели в автобус - и в Аджимушкай.
Тот, про который мой завотделом на дорожку спел мне песню времен брежневской
Малой Земли: "Держись, не отступай! Держись, ты не сражен! Аджимушкай -
бессмертный гарнизон!"Я этой песни раньше никогда не слышала. Как и смешного
слова "Аджимушкай". "Плавно покачиваясь в такт шагам, идет девушка с
ведрами. Словно два маленьких солнца несет она в руках - так задорно играет,
искрится вода. Иногда она переплескивается через край ведра, и крупные капли
падают на землю. Девушка не знает цены этим каплям... Откуда ей знать, что
происходило на этом самом месте девятнадцать лет назад!" - читаю
"Огонек" сорокалетней давности в кабинете директора Музея обороны. Владимир
Симонов, директор, сказал: "А ведь "Огонек"первым написал про Аджимушкай... " - и выдал мне зачитанный, без обложки, журнал. Сижу, читаю родной
"Огонек" - и мурашки по спине: 40 лет спустя журнал продолжает тему... Я
продолжаю... Та девушка с ведрами сегодня мне годится в бабушки (если
жива). Правду о героях Аджимушкая она узнала из первых рук. А мне приходится
лезть в архивы.
Аджимушкайские каменоломни состоят из Центральных и Малых. Заблудиться
в Центральных может только новичок: во многих местах они были взорваны
немцами, полно дыр, выходящих на поверхность. Малые, несмотря на свое
название, отнюдь не безобидны - они имеют три уровня и максимальную глубину
более тридцати метров. Они ужасно запутанные и разветвленные, стоит
завернуть за поворот - и тебе крышка: правило лабиринта здесь не работает.
Пока спускались в них, сразу по прибытии, мне был дан приказ: от Олиного
фонаря не отходить, иначе... тут последовала парочка жутких случаев из
практики. Несмотря на свойство каменоломен поглощать свет и звук (за двумя
поворотами тебя никто не услышит, будь ты голосистый, как Джельсомино),
такое снизошло на меня душевное равновесие, такая непоколебимая гармония с
ирреальным миром, временно данным мне в ощущениях... Встревоженная моей
буддистской улыбкой, Ольга отобрала у меня фонарик и в качестве эксперимента
бросила меня на произвол судьбы под водокапами. Но сошедшая на меня
благодать не исчезла. Нежная темнота, бережная прохлада после мучительного
зноя наверху, мерная капель потрясающе вкусной воды... Я пыталась
представить боль, кровь, смерть в этих катакомбах... Не смогла.
Веселые ребята поисковики решили организовать мне впечатления -
спуститься в каменоломни ночью, дабы выпить водки и побаять про таинственные
огненные шары... Спустились. Выпили. Первую - за начало экспедиции. Вторую
- за встречу и знакомст



Назад